alonso_kexano: (alone)
Я еще не видела поколения, которое бы не считало себя потерянным. С теми, кто родился в шестидесятых, общалась не так много, но, вроде бы, оно было воспето где-то в восьмидесятых годах, так что нормально. Поколение семидесятых точно считает себя потерянными раздолбаями, и я готова подтвердить, но поколение семидесятых – это моя слабость, любовь моя на всю жизнь, большая и светлая, давайте не будем. В интернете же еще больше больше слышны восьмидесятники, у них точно все плохо, восьмидесятники знают, что они – мечтательные лузеры и принципиальные неудачники (вот мне тут в комментах уточнили, что "ставят перед собой менее современные цели", так, конечно, политкорректнее), очень этим гордятся. Поколение девяностых пишет о жвачке Love is и покемонах, а поколение восьмидесятых еще пишет, что поколение девяностых циничное, целеустремленное и умеет идти по головам, достигая своих взрослых целей – ну, то есть, нормальной работы, своей, а не маминой, квартиры, машины вместо метро etc.

А нам что делать? )
alonso_kexano: (зима)
Внутренний скиталец - это та самая дыра в груди, куда толкают что ни попадя. Вот эта )

У некоторых она остается пустой, и они всю жизни бегут себе, издавая прикольный свистящий звук, это и есть настоящие скитальцы. У них не складывается с женщинами, хотя они бывают женаты по несколько раз, в карьере они хватаются то за один, то за другой проект, и часто считаются очень крутыми специалистами, но на Ламборджини и виллу в Каннах не зарабатывают никогда.
Потому что благополучие - то, что убивает скитальцев.
Они бывают поэтами, они бывают программистами, автостопщиками, крутыми менеджерами, они бывают чертовски разными. Ты бежишь вверх по горочке, против ветра, и вот преодолеваешь все препятствия, вуаля - островок благополучия.
Некоторые тонут в нем, перестают быть скитальцами.
Некоторые берут новые высоты, если есть куда бежать, еще вверх, и с каждым разом это сложнее.
Но большинство бегут дальше - новые горки, новые островки, и нигде не задерживаться. Потому что когда ты стоишь на месте, ноет твоя дыра в груди. И настолько проще бывает бросить все, чего только что добился (сам добился, с нуля, а никто не верил) и переехать в другой город с одним рюкзаком вещей, чтобы добиваться всего заново.
Дыра в груди - это болезнь. А вы думали.
alonso_kexano: (ведьма)
В своем прошлом, дурацком, счастливом и нескладном, я жалею только об одном моменте. О том, что я влюблялась не меньше, чем навсегда. Нет, нет, дело не в силе чувств - просто, когда ты понимаешь, что да, хочешь каждое утро просыпаться с этим человеком, то все начинаешь искать какие-то проблемы, находить их, отчаянно решать и счастливо превозмогать.

И ведь не то чтобы это было плохо - но твоя жизнь уходит, уходит в решение этих проблем, и ты не замечаешь, как они начинают есть тебя по кусочкам, изнутри, как муравьи. Просто потом понимаешь, что внутри у тебя пусто. Доперестраховывался.

Но чему я научилась - так это жить так, словно завтра умрешь. Совсем умрешь, и не будет больше ни ароматного геля, обволакивающего мокрую кожу, ни холодного пива с острым прожаренным мясом, ни волшебного ощущения тех самых глаз, в которых падаешь, как в море, ни оглушительного молчания после близости, когда теснее не бывает и души, как обнаженные провода.

И не нужно ничего решать - достаточно чувствовать, чувствовать каждую секунду окружающий мир, и этого достаточно, чтобы быть счастливой.
alonso_kexano: (бродяга)
Воспоминания стираются. Рано или поздно, если их не перебирать постоянно, не колупать раны, ты забываешь, как чувствовал, что чувствовал, и как любил.

...Однажды мы шли по парку Горького с человеком, которого я очень любила (или думала, что любила - уже не помню). Он тогда сказал:
- Если мы с тобой расстанемся, я тебя забуду. Забуду, как мы здесь ходили, как целовались, наши разговоры забуду. Совсем.
Я тогда была совсем двадцатилетней, совсем влюбленной и была уверена, что если мы и расстанемся - то только затем, чтобы трагически любить друг друга на расстоянии. Всю жизнь. Поэтому уточнила:
- Совсем все? А как?
- Я заставлю себя забыть, чтобы не было больно, - сказал он. - Не все. Вот этот твой взгляд, лисий, искоса и снизу - не смогу забыть. И улыбку - когда ты не иронизируешь, а по-настоящему улыбаешься.
Я тогда не поверила.
А сейчас я не помню, любила я его или нет. Как чувствовала свою любовь, почему не ушла ни в первый, ни в восьмой раз - как? что меня удерживало? - не помню, какого оттенка были его глаза, не помню роста и осанки. Помню несколько разговоров, и еще как сухо и жарко было тем летом, и как я отпаивала его горячим травяным чаем, а зной звенел, и воздух был прозрачным от сухости, и на вокзале все время уныло играло "Прощание славянки", и поезда гремели под домом, и я задыхалась - то ли от нехватки кислорода, то ли от чувств. Вот не помню.
Я научилась его умению забывать.

Если ты не мазохист, то однажды перестаешь все это вспоминать, и с самыми дорогими воспоминаниями делается все то же, что и с другими. Они бледнеют и выцветают, некоторые теряются совсем, и ты смотришь в прошлое, будучи совершенно уверенным, что не любил ни тогда, ни тогда, ни тогда. Что все это было мелким эпизодом, который казался таким значимым лишь по юности лет.

...Я пишу стихи, чтобы не растерять, потому что я не мазохист, у меня есть мозги и чувство собственного достоинства. Но - чего я ужасно боюсь - вдруг я однажды стану старой и некрасивой, буду сидеть на веранде, смотреть на одуванчики, и у меня не будет другого счастья, кроме этих воспоминаний. И как их не растерять, кроме текста, кроме подобранных слов, моментальных снимков оглушительного счастья или горя, - я не знаю.
alonso_kexano: (Default)
Какая я талантливая, божемой. Что о политике пишу - стопиццот комментов хохлосрача, что о девочках - стопиццот. А потом мои недоброжелатели по темным уголкам рассказывают - Лемерт, она такая конфликтная. Типа Америку кому-то открывают.

Ну что ж. Пока я тут болею и голодаю, продолжим мы лучше тему о манипуляторах.

Да, пост о девочках, конечно, касался не только и не столько людей с сорванными нервами. Я знаю, что такое зависимость. Честно. Я писала о манипуляторах и собственниках, а не о том, как срывает крышу при зависимости.

Зависимость от любви отличается, как наркотический кайф от обычного счастья. То есть, если был серый мир с лужами и тучами, а тут вдруг цветочки из земли полезли, абрикосы зацвели, одуванчики зажелтели и глазами смотрят, то это любовь. А если это все это в ярких диснеевских тонах с химическим оттенком, смотришь - и глаза режет от яркости, то поздравляю. Это зависимость.

Дальше )
alonso_kexano: (Default)
Есть, вы знаете, такие девочки, которые после расставания с молодым человеком все никак не могут успокоиться.
"Мне без тебя так плохо!". "Мама вчера скорую вызывала, ты знаешь. У меня больное сердце, а я не могу без тебя. Наверное, умру". "Тань, поговори с ним. Объясни, как мне без него плохо. Скажи, что вы все осуждаете то, что он так со мной поступил".
Причины?
Ведь это же, черт возьми, глупо. Ведь, черт возьми, очевидно, что чувство вины и жалости ни у кого не вызывало внезапного прилива любви.
Но ведь они это делают.
А все просто. Девочки уверены в том, что молодой человек - их собственность.
По факту им не нужны его чувства - им нужно, чтобы он был рядом ("Рядом, я сказала!") и желательно на коротком поводке.
Как правило, такая девочка мозгов не имеет. Ну, потому что нужно совсем не иметь мозгов, чтобы так действовать. Умная девочка пойдет другим путем. Гордости тоже надо, кстати, не иметь. Но то детали.
Девочка не осознает, что ей нужна не любовь, а подчинение. Вы не поверите, какие бывают маленькие и хрупкие девочки-зайчики, которым нужен большой мужик на поводке. И как они виртуозно управляются с этим поводком и этим мужиком. Ну или не очень виртуозно. Поводок, плеточка и пряничек.
Если он сбежал - то девочки не знают, что им делать с этим. Вот и остается привычные плеточка с пряничком. Можно сделать ему больно? А получай - скорая, манипулирование чувством вины - "ты виноват", "мне больно из-за тебя", мессидж - "почувствуй себя говном". Пряничек - "я люблю тебя и всегда буду любить, давай займемся сексом и прекратим этот неприятный инциндент, я же знаю, что ты не всерьез ушел".
И ведь самое интересное - иногда эти девочки своего добиваются. И нередко. Манипуляции подобного рода - отличное оружие.
(Я это знаю точно, потому что подобный модус операнди свойственен не только девочкам, а я отличный объект для манипулирования чувством вины и всегда на это ведусь).
Кстати, девочки нередко получают в итоге именно то, чего хотели. Не любовь. Тело. Подчинение.
Иногда.
alonso_kexano: (бродяга)
Я тут нового человека читаю, например, читаю, а там хопа, медный купорос внезапно. И институт. А знаете ли вы - вы, конечно, не догадываетесь - на втором и третьем курсе я была первым парнем на потоке. Ну, в смысле, исследователь, живущий в лаборатории, отличница, умница и все такое. А еще ходила в нефарской такой безрукавке черной, на ней был какой-то жуткий летучий череп, она была вся большая, удобная и до попы. И джинсах всех заклепанных, с Че Геварой. Когда они торчали из синего лабораторного халата, было особенно умилительно.

И жизнь тогда была такая классная-классная, и простая, а еще на середине первого курса у меня, например, первая любовь образовалась, и очень романтическая поначалу, между прочим.

А еще по утрам в мою комнату светило солнце, прямо мне в глаза. И там были деревья, а еще они цвели иногда. Мы с мамой и папой вечно ругались, но иногда мама пекла что-нибудь такое, пахучее, от чего в доме сразу становился праздник.

Тогда, когда я бегала в университет, в 6-30 вставая на первую пару, когда по утрам жевала овсянку с мамиными бутербродами, когда в два - в три освобождалась и гуляла до вечера с друзьями, я ужасно мечтала, что однажды стану жить свободно и независимо. Что я буду очень красивая, с рыжими (или черными) волосами, буду вставать в десять, вместо завтрака пить на кухне, залитой солнцем, кофе и обязательно с сигаретой.

А в когда-то моей комнате до сих пор по утрам светит солнце так, что приходится вставать и задергивать штору. На кухне по утрам тень от деревьев во дворе, и если выглянуть, то можно увидеть, как листья, перемешиваясь от ветра, рисуют смешные узоры на асфальте.
alonso_kexano: (Default)
Пишу из горящего танка любимого города Х., здесь дождь, мокро и мерзко - моя любимая погода.
Моя прекрасная юность (танцевать, словно на тебя никто не смотрит, любить, словно тебя никогда не предавали) смотрит изо всех щелей, из каждой дороги, со страниц книг, и совершенно невозможно осознавать, что я теперь другой человек из другой жизни.

Арчет тут недавно писал рецензию для моих стишочков, увидел столько нового, чего я не видела (вы приходите к Арчету, он и вам на вас глаза откроет), так вот, за час общения с любимым городом узнаешь о себе больше, чем за месяц рефлексии.

Тем временем я признаюсь всем харьковчанам в любви и ухожу пить сироп от кашля.
alonso_kexano: (заснеженный лемерт)
Вчера были на концерте Олега Медведева - удивительное, странное чувство оживания привычного мира. Его песни уже три года постоянно играют в моем плеере, и на каждой уже висит чемодан ассоциаций, воспоминаний.
И тут вдруг они становятся живыми, и все эти истории, повисшие на песнях, раскрываются, оживают и поднимаются вверх подпеванием.
Не хуже похода к психотерапевту.
И я бы сейчас вам рассказала что-нибудь из этого, но слишком внутри, слишком. Если расскажу - потеряется, замерзнет.

...А потом оборачиваешься. Очкастый тепло дышит в шею и ты чувствуешь его всей спиной и лопатками. Вместе подпеваете, и ты вдруг понимаешь, что это не ты слушаешь и не он слушает - это вы вместе слушаете.

alonso_kexano: (заснеженный лемерт)
Детский страх: что ночью тебя похитят, ты вся умрешь, а наутро мир начнет жить, как жил - о тебе не вспомнят ни игрушки, ни родители...
поэтому переделываешь игрушки, рисуешь в альбоме кривые домики и солнца с крыльями, подписываешь корявыми буковками: "АНЯ", чтобы, если вдруг, кто-нибудь увидел - и вспомнил, что была такая, и от этого ты, может быть, вернешься.

Может быть, поэтому одни пишут на деревьях: "Тут был Коля", а другие лихорадочно стремятся к славе и власти.

...Дневники. Еще, конечно, дневники. Я - выросла, я большая, я ни черта не избавилась от этого страха - стопятьдесят блогов и аккаунтов в соцсетях, и все это - для того, чтобы поставить знак утверждения: я - есть!

Я до сих пор этого боюсь - просто исчезнуть в какую-то лунную ночь, сменить шкуру, сущность, химический состав. Такое уже бывало. И никто, никто после этого меня не вспомнит: этого я боюсь.

Я пишу - о друзьях, о коте, о любимом (вдруг что - его имя будет на страницах моего дневника), и когда я встречаю упоминание своего имени у кого-то еще - это счастье.
Потому что я до сих пор, с детства не могу понять, что кто-то может говорить обо мне, когда меня нет рядом, и помнить обо мне, когда меня нет.
Если кто-то пишет обо мне, он утверждает меня, он, может быть, вспомнит меня, когда я сменю химический состав - совсем. А если нет - сотрет.

А если не пишет - ему не нужно будет вспоминать меня, это правильно, чего ж своей тенью информационное поле засорять.

А еще, конечно, страшно читать старые дневники - как свои, так и чужие. И дело даже не в том, что там мечутся призраки других. Но когда читаешь - и понимаешь, что из строк встает тень человека, которого ты никогда не любил и даже не знал, то становится очень страшно, что он вернется выгонит этого, который есть сейчас. Ведь ничего плохого, но это же другой, совсем другой.
alonso_kexano: (видели ночь)
...Несмотря на мой вчерашний пост, на компьютере дома стоят тюльпанчики, такие прекрасные, желтенькие с алым, и я счастлива :-)

Мне же можно быть противоречивой, правда?
alonso_kexano: (мечтательный лемерт)
Я люблю тебя настолько, что мне впервые в жизни страшно умереть. Так ведь бывает только в детстве - чтобы подарки, за которые ничего не нужно платить, да? Все, чего стоит бояться - это смерть. Остальное исправимо.

Я люблю тебя. С тобой хочется жить. В жизни, оказывается, есть столько прекрасного, кроме любви. Без тебя я этого не видела. Без тебя это не имело значения.

Я люблю тебя. Мне не страшно быть смешной.

Мировая справедливость иногда бывает наивная, как... да, как пратчеттовский Смерть, и счастья для всех даром, конечно, не отсыпет - но иногда пройдет мимо и подарит настоящего щенка вместо запланированного яблока и деревянной игрушки.

У нас с тобой будет жизнь, целая большая жизнь на двоих, и два сумасшедших кота, и ночные такси, которые летят через искрящийся мост. Будут вечера на облезлой кухне, будут танцы посреди улицы - а еще, конечно, будет много всего, что не имеет, казалось бы, к нашей любви никакого отношения, но это только на первый взгляд.

Потому что так много прекрасного на земле, когда изнутри подсвечивает любовь.
alonso_kexano: (Default)


Половина восьмого утра, осколочный от недосыпа мир, "Макдональдс", Фальконелла - красивая, парижская.
У нее большие зеленые глаза и пересохшие губы.

Знаете, мои друзья - сумасшедшие. И вот одна такая сумасшедшая пролетом между Харьковом и Парижем сегодня была в Киеве.

У тебя, конечно, все сложится, Ксю, и все будет отлично. У тебя такие перспективы, что кружится голова. Только немного странно и все еще непривычно думать, что ты там - навсегда.
До сих пор непривычно.
alonso_kexano: (Default)
Черные Единороги похожи на слишком крепкий кофе без сахара: он клеве, я люблю его, но не могу пить.

***
Жизнь - это миф, миф - это жизнь. Я не умею мыслить по-другому.

***
ХОККУ ОТ LIVE1000
alonso_kexano

и через дыру
еще не встреченного .
этот чуть дальше .
         

Составить хокку!


Как-то так.
alonso_kexano: (Default)


Счастливый Лемерт как он есть. Фоткала [livejournal.com profile] ayoke

Прилетело чудесное песенко от [livejournal.com profile] fox_mulder_cp



А еще мы с одним волшебным нечеловеком гуляли по ночному Киеву, смотрели на танчики, и было это невыносимо прекрасно.
Как же круто жить, черт побери.
alonso_kexano: (осенний листок)
Бывает, когда человек с утра выходит на балкон, делает зарядку, и солнце светит в глаза, и на плите подгорает кофе, и все это такое веселое, торопливое, полное энергии, и человек думает - елы-палы, так это же я. И неважно, сколько ему лет, семнадцать или сорок. Это - он, с рождения.
Или когда бежит, в ушах - стук сердца и стук сапог, липкий пот течет по крыльям носа, мешая смотреть, а слышать топот сзади мешает собственное хриплое дыхание. В этот момент иногда, посреди раз-два, раз-два, падают совершенно отстраненные мысли, и вот одна из них падает - это я. Внутри я всегда так.

...Вечер, не ночь, но вот совсем-совсем на грани. Балкон шестого этажа, я стою и смотрю - огни, текущие машины, многоэтажки, фонари, светофоры. Движение, ветер и совершенная осень. Эти постоянно движущиеся огни и этот холод для меня всегда - пронзительная пустошь, похожая на шотландские песни, и одиночество. Очень живое и теплое одиночество, и от этого еще более острое.
Это - я.
Read more... )

Полет

Sep. 28th, 2010 10:38 am
alonso_kexano: (чуять)
Я иду к метро, осень такая теплая, воздух свежий, пахнет так хорошо - я иду с прямой спиной и легкой, слегка мерзнущей остриженной головой, и чувствую себя такой неземной, прекрасной и немного мальчиком при этом; сложное сочетание, но оно бывает.

Я-девочка могу себе позволить обижаться, капризничать, цепляться, улыбаться и кокетничать; я-мальчик этого не умеет, не нужно. Я-мальчик внезапно вырос, стал взрослым, легким и улыбчивым, ему наконец-то никто не нужен.
И так оно странно - когда изменяется внешность, и наконец-то подводится черта, и прошлое становится прошлым, и так жадно, вкусно, всеми порами кожи хочется чего-то. Вдыхать, любить, принимать, становиться, перетекать.

И - хочется понять, что ты такое, хочется входить в самые тяжелые ситуации прошлого и смотреть, каким ты будешь теперь. (Конечно, никто не отменял липкий страх где-то под грудиной, что снова будешь слабой, зависимой и жалкой, но страхи для того и существуют, чтобы их преодолевать). Хочется входить в разные клины - а так что получится? А так?

Помните, как в "Повести о настоящем человеке" Мересьев, уже на протезах, впервые сел за новый самолет? Как удивлялся послушности и маневренности этого самолета, и только непривычные еще деревянные ноги мешали управлять? Я сейчас так себя и чувствую - новый самолет, новое тело, новая душа, и только привычки, деревянные, искусственные мешают лететь по-другому. Но не слишком.

Экспериментировать, гонять, входить в клин, заставлять себя не бояться общаться с теми, с кем совсем бы не стоило. Мне нужно понять, что же я теперь такое, но я по-прежнему вижу себя только в отражении чужих глаз.
alonso_kexano: (виктим)
А когда по стенке сползаешь, воя,
утыкаясь в коленки мордой,
на тебя из прошлого смотрят двое:
живой и мертвый.

В этом прошлом живы ночь на вокзале,
бутерброды с колбасой и стихами,
все слова, что сказали и не сказали,
все, на что не хватило дыханья.

И один ответ на сто тысяч бед:
здравствуй, прошлое, мне нечего дать тебе,
здравствуй, смерть, мне нечего дать тебе...
alonso_kexano: (чуять)
Ночь, ветер, поезд, идущий по городу, прямо через Днепр (все никак не привыкнешь); сидишь, запрокинув голову, слушаешь плеер, потягиваешь сок.
Ты когда-то любил играть, что ты совершенно свободен от всего и всех, тоже, вот так, когда ехал по ночному городу, по своему, студенческому-индустриальному, родному - это бодрило, это заводило и щекотало нервы. Хорошо было играть в свободу, ловить моменты, когда вроде бы ничего не держало - это казалось настоящей жизнью, окошком во взрослость.
Сейчас - и правда ничего не держит, чужой город, незнакомые улицы, река, и ты никому, никому ничего не должен. Тебя не держит никто и ничего, и ты просто так едешь к другу ночевать, чтобы в полночь курить на детской площадке, глядя в небо. Чтобы потом пожить у этого друга, выходить в интернет с его компьютера, пить чай среди ночи - горячий и сладкий. Тебя не держат ни люди, ни территория, ни информационное пространство.
И уже не нужно играть, не нужно ловить моменты - ты свободен, и ты живешь этой свободой, и это настоящая правда, самая настоящая правда про тебя.
И это счастье.
alonso_kexano: (Default)
Вчера ночью, в полубредовом бессонном состоянии я вдруг поняла, что на самом деле мир этот очень простой. Все мы снимся Лене Яблинской. Лена из Горловки, она учится на четвертом курсе химфака, в одной группе со мной. У Лены аккуратно убранные волосы и серо-голубые глаза. Она не то чтобы красивая, она правильная и уютная. Она удивительно настоящая.
Ее даже не обязательно брать за руку, чтобы понять, что она действительно существует. У нее негромкий голос, знаете, такой журчащий, успокаивающий. Она худенькая, но какая-то крепкая, твердо стоящая на ногах. Она знает, что она делает в каждый момент.
Лена умеет пошутить - редко и камерно, в разговоре, не в большой компании. Она пошутит и тут же смущенно засмеется. Она хорошая девочка, Лена, очень хорошая, словно из советского фильма. Наверное, она могла бы дружить с Катей, знаете, слезам которой не верит Москва, или даже с какой-нибудь героиней Любови Орловой.
Мы пройдем. Мы отсмеемся, дотанцуем, допоем, допьем - и пройдем. Закончимся. О нас напишут книжку, не Хэмингуэй, а жаль, - но он уже умер. О нас скажут - они жили в эпоху перемен.
Лена останется. Она бессмертна. Человек бессмертен.
Она не зависит от эпох.

Profile

alonso_kexano: (Default)
alonso_kexano

December 2011

S M T W T F S
     1 23
456 78910
1112 1314 151617
18 1920 2122 2324
25262728293031

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 20th, 2017 04:18 pm
Powered by Dreamwidth Studios